69

Далёкое и близкое

В июле этого года группа социологов при Клубе «Путник» побеседовала со старейшей жительницей нашего района Клавдией Ивановной Хабаровой, 1927 года рождения.1

По воспоминаниям Клавдии Ивановны, в деревне было 17 домов и деревянная часовня во имя Преображения Господня. Когда в их дом пришли с предложением провести радио, бабушка Агафья Петровна сказала: «Черта в дом приведете, я пойду в ошаник жить». Так и не было у них радио.1

Жители деревни Спас в 1931 году. Сидит 3-й справа – Хабаров Иван Михайлович, рядом с ним девочка – Клавдии Ивановна Хабарова.

В связи со строительством Угличской ГЭС в деревню перевезли 7 домов из  Барноги. На территориях, близких к воде или попадавшие в зону затопления, дома продавались прямо на месте, или сами жители их перевозили в другие места. В послевоенное время в деревне был коровник, овчарня. Сеяли лен, овес, рожь, пшеницу. Сажали картошку, капусту, брюкву.

2

Берег Волги около деревни Спас. На переднем плане Татьяна Андреевна Куветова с детьми. На заднем плане овчарня.

Всю зиму женщины в деревне пряли и ткали. Бабушка ткала половики, полотенце. Суровое полотно отбеливали, для этого его выносили на болото, которое было недалеко от деревни, замачивали и расстилали. Яркие лучи весеннего солнца великолепно отбеливали ткань. А после строительства ГЭС воды в реке Волге поднялись, болото превратилось в пруд. Клавдия Ивановна хорошо помнит, что престольных праздников в деревне было два. Первый – это Владимировская. В этот день их с сестрой хорошо одевали, ставили перед домом встречать батюшку, который ходил по деревням. Второй праздник – это Воздвижение. Жители деревни 27 сентября приглашали к себе домой соседей, и угощали. До середины 30-х годов семья вела единоличное хозяйство, жили зажиточно. Тридцатые годы – период коллективизации. В 1931 году, в связи с образованием колхозов, из дома увели коров и лошадь, со всеми амунициями. Узнав об этом, бабушка даже заболела. Жизнь семьи стала тяжелой, бедной: питались картошкой и капустой, выращенными на своём огороде. Родителям приходилось зарабатывать, собирая камни. Они отвозили их на тачках на баржи, где их измеряли и в зависимости от размера, платили деньги. В деревне Ивайково в 30 годы была больница, где вели прием терапевт и акушер. Клавдия Ивановна вспомнила, что в больнице работала врач Плис Гита Самуиловна. Наиболее распространенными фамилиями в деревне были Хабаровы, Сорокины, Румянцевы (1 дом), Пантелеевы (3 дома).

3

В 1965 году в деревню провели электричество. До этого пользовались только керосиновыми лампами. Сейчас Волга подмывает берега и от деревни остался только посад. Ныне – это  поселение Кашинского района, где живут одни дачники. Рядом с Спасом находились деревни Собачкино, где было 12 домов, в Деткино- 8 домов, в Собакино – 30 домов, а в Воскресенском – 16 домов. Сейчас этих деревень не существует. В селе Городище стояла каменная церковь. Клавдия Ивановна запомнила, как ее разрушали… «Сначала выбивали камни в основании церкви, подставляли турганы, облили керосином и церковь стала падать. Кирпичи  обчищали и затем возили на лошадях зимой через Волгу в Калязин. Их использовали в строительстве домов». (По свидетельству очевидцев это дома номер 17 и 13 по улице Центральная). От деревни Спаское (Спас) до Кашина было 20 километров. В Калязин, который находился на другой стороне реки Волги, зимой ездили на лошадях, а летом на пароме. Поперек реки был натянут проволочный трос. И двое мужчин деревянными крючками тянули его. Перевоз был платный 15 -20 коп. Затем переправой служил понтонный мост, состоящий из 5 или 6 понтонов. Во время движения водного транспорта – парохода, катера или буксира, раздвигались два понтона, давая возможность пройти суднам. В деревне Паулино до 30 годов работал кирпичный завод, затем в этом здании была 7-летняя школа. В деревне Песье находился лесопильный завод, магазин. «Туда весь лес свозился. Плоты сгоняли и пилили лес, на доски и на байдак». Клавдия Ивановна вспомнила, что после закрытия Николаевского собора в городе колокольню оставили и превратили в парашютную вышку. После несчастного случая, когда разбилась девушка-парашютист, была сложена частушка:

«-А все девчата тута?

– Ай, тута, ай, тута,

-А Тоня Воробьева?

-Убилась с парашюта».

В Вознесенской церкви, по воспоминаниям Клавдии Ивановны, с одной стороны была пекарня, а с другой стороны мельница. Семья Клавдии Ивановны была большая: мама, папа, 4 сестры и бабушка. Маму звали Хабарова (Куветова) Татьяна Андреевна.

4

Сидит первая слева – Агафья Петровна Хабарова, стоит – Татьяна Андреевна Хабарова ( Куветова). Маленькая девочка, которая стоит – Клавдия Ивановна Хабарова, справа сидит Иван Хабаров. На  его коленьях  Александра  Ивановна Хабарова.

Папу звали Иван Михайлович Хабаров, родом он из деревни Детково. Отец был трудолюбивым, Он много работал в колхозе, был столяром, валял валенки. Папа – участник Гражданской войны. Когда не стали приходить сведения во время Гражданской войны о сыне, бабушка пошла к знахарке, которая жила у них в деревне. Та ей поведала: « С первой войны он придет, а со второй не жди». Папа погиб в первые дни Великой Отечественной войны. В семье Хабаровых жила бабушка по отцовской линии Агафья Петровна. Она была строгого нрава, распоряжалась всеми деньгами и имуществом. В детстве бабушка Агафья Петровна на большие праздники брала Клавдию на службу в  Крестовоздвиженскую церковь, где она пела в хоре. Идти было недалеко, около 2-х километров мимо деревни, через поле. Напротив Николаевского собора – стояла церковь, обнесенная красным кирпичным забором. Около церкви стоял продовольственный магазин. Клавдия вместе с сестрой покупала в нем сахар, который стоил -70 копеек. Яркое воспоминание детства – там продавались конфеты: без фантика стоили 90 копеек, а с фантиком – 1р.30 коп. Бабушку, по материнской линии звали Марья Артемьева Куветова, (родом из деревни Детково), а дедушку – Андрей Полонович Куветов, (родом из деревни Воскресенское). Дедушка был сторожем и истопником в городском клубе. Домик, где жила семья Хабаровых, был маленький. Родители спали на кровати, бабушка на широкой лавке, а Клавдия, когда была маленькая, спала у родителей в ногах. После появления других детей, отец сделал зыбку – подвесную колыбель. Он закрепил березовый шест через кольцо в потолке. К нему отец привязывалась люльку и веревку, за которую бабушка качали младенца, а сама в это время пряла. Зимой спали на полатях. Мылись в русских печах, а окатывались холодной водой на дворе. Места в русской печи было достаточно. Отопительная печь занимала не меньше трети избы, и внутрь могли забраться сразу два взрослых человека. Мать забиралась внутрь печи, а ей на деревянной лопате, которой обычно вынимали хлеб, подавали ребенка. Внутри печи уже стояли чугуны с нагретой водой, щелоком (прообраз мыла), целебными травяными отварами. В печке было чисто: золу и углы тщательно выметали. Золу использовали в разных видах — растворяли в холодной воде, кипятили, распаривали в печи. Полученной субстанцией мыли тело, волосы, стирали бельё и даже мыли пол. Однажды родителям удалось купить крынку жидкого мыла и бритвенный порошок. Они сделали лепешки, просушили в печи, и использовали как мыло. Клавдия Ивановна Хабарова окончила Баранцевскую 4-летнию начальную школу, до которой нужно было идти 3 километра. В плохую погоду на валенки ей одевали мамины галоши на высоком каблуке. В школе преподавали 2 учительницы. После 4 класса ей пришлось идти работать в колхоз. Ближайшая семилетняя школа была за 7 километров, в деревне Фролово. В первые годы войны пекли хлеб с мякиной, картошки было мало. К концу войны картошку стали выдавать. Мама Клавдии сделала «давлюшку». Это терка вместо мясорубки. Давили картошку и массу добавляли в тесто. По деревням ходили нищие и просили хлеба. Воинские подразделения стояли в деревнях Паулино и Спас. Привезенные дровни для лошадей были спрятаны в лесочке, недалеко от деревни Спас. Она вспомнила, что однажды, когда мужики пахали, а женщины боронили на поле, в борозде они нашли гранату. Узнав об этом, сразу приехала милиции. Клавдия Ивановна вспоминает: «А вторую «гранатину» нашла жительница деревни на берегу реки, где солдаты глушили рыбу. «Какая красивая кружка, нужно взять домой,» – подумала она. Прополоскав белье, она забыла ее на лодке. Нашел ее 14 летний парнишка. Собрал ребят из деревни, и решили они посмотреть, что внутри. Взрывом убило сразу шестерых детей. Остался трехлетний мальчишка, который подбежал к убитому осколком в висок брату и закричал: «Валя вставай, Валя вставай!». А двое других ребят, которые успели отойти остались живы. Одному, правда, повредило ногу, а второго контузило. Хоронили детей всей деревней.  В двух домах убило по двое детей, а в двух – по одному». Первые два года Великой Отечественной войны Клавдия Ивановна работала в колхозе наравне с взрослыми: сеяла, боронила. А в 1943 году ее и еще 2 девчонок из деревни, отправили на «восстановление вокзала в Бологое». Кормили супом из воды и картошки. Иногда выдавали хлеб с мякиной. Работали с утра до полуночи, таскали на себе по 10 штук кирпичей на второй этаж. Один кирпич весил 4 кг.

5

Клавдия Ивановна с подружкой в 1943 году.

Сестру Любу, когда исполнилось ей 14 лет, отправили на торфяные работы, под Редкино. Там вместе с другими ребятами лопатами вырубали из торфа “кирпичики” – брикеты, их сушили под солнцем и затем использовали, как топливо. После войны пекли хлеб, только в один день в неделю. Сразу семь буханок, «чтобы потом не отрываться от работы». Хлеб всегда выкладывали на чистом полотенце и им же прикрывали. Интересно, что домашний хлеб почти не черствел, пролежав под полотенцами до следующей недели. После войны жилось не легче. Каждой семье нужно было сдавать государству:

Молоко- 360 л. в год,

Яйцо –5 десятков,

Лука – 5 кг.

Мясо – 40 кг.

6

В деревне, около родового дома. В первом ряду посередине, мама – Татьяна Андреевна Хабарова.

В 50-тые годы в деревне Спас устраивались беседы – это посиделки для девушек и парней, на которые могли придти гости из других деревень. Проводились обычно осенью и зимой, когда народ отдыхал от тяжелой работы в полях. Вдоль стен ставились скамейки, на которых сидели пожилые люди. Молодежь же должна была стоять. Для гармониста ставился стул или табурет. Девушки готовили вкусное угощение, если посиделки были праздничными, то красиво одевались, и ждали в гости парней, которые тоже должны были принести с собой что-нибудь вкусненькое. В будничные посиделки девушки работали. Брали гребенку, веретено и пряжу. Пряли, при этом пели песни: «Семёновну»Елецкого», «Цыганочку». Танцевали: «Ходили на чижа».7

С правой стороны – мама Татьяна Андреевна, рядом сестра Клавдии Ивановны – Александра.

В 1965 Клавдия Ивановна переехала с дочкой и мамой в Чаплино. Вместе с ними в деревню переехали семьи Воропаевы (из Воскресенска), Крыловы (из Матвейково), Наумовы, Рябовы из других деревень. В то время деревня состояла из 60 домов, и имела 2 посада. Второй  посад был образован во время затопления. Тогда 16 домов и было перенесено на новое место. В деревне Чаплино престольный праздник был 28 августа. Бригадиром был Жернаков Николай Иванович.Всю жизнь Клавдия Ивановна проработала в животноводстве. Сменила ряд профессий – работала дояркой, кладовщиком склада, заведующей фермой, была членом правления. В детстве имела прозвище «Маленькая пиявка», а сестру звали «Сова». А в деревне Чаплино Клавдии Ивановне дали новое прозвище «Кобра». Соседка Хабаровых – Мария Иванова – рассказывала о том, что ее родителей раскулачили. Папа у нее делал колеса, саночки, возки. Его профессия была колесник. В семье было 6 детей. Сосед был завистником. Он и донес. Машинного папу забрали. Больше она его и не видела. Детям разрешили доучиться и получить образование.

В настоящее время Клавдия Ивановна проживает в деревне Чаплино. У нее дочь, внучка и 2 правнука.

Руководитель группы социологов Клуба «Путник» О.Ю. Варова

Оставить ответ